Марк Туллий Цицерон
ПИСЬМА МАРКА ТУЛЛИЯ ЦИЦЕРОНА
Текст приводится по изданию: Письма Марка Туллия Цицерона к Аттику, близким, брату Квинту, М. Бруту. т. III, годы 46—43. Издательство Академии Наук СССР, Москва—Ленинград, 1951. Перевод и комментарии В. О. Горенштейна. DCCLXX. Титу Помпонию Аттику, в Рим [Att., XVI, 5] Путеольская усадьба, 9 июля 44 г.

1. Брут уже ждет твоего письма. То, что я ему сообщил о «Терее» Акция, для него не было новым; он считал, что это был «Брут»¹. Тем не менее повеяло каким-то слухом, что при состязании греков многолюдного сборища не было; в этом я совсем не ошибся; ты ведь знаешь, какого я мнения о греческих играх².

2. Теперь послушай то, что важнее всего. Квинт был со мной много дней подряд и, если бы я пожелал, он был бы даже дольше; но, сколько бы он ни был, трудно поверить, какое удовольствие он доставил мне во всех отношениях и более всего в том, в каком он менее всего удовлетворял меня; ведь он так весь переменился — благодаря и некоторым моим сочинениям, которые были у меня под рукой³, и настойчивости уговоров и наставлениям, — что будет относиться к государственным делам так, как мы хотим. После того как он не только заверил, но и убедил меня в этом, он долго и настоятельно говорил со мной о том, чтобы я поручился тебе, что он будет достоин и тебя и меня; что он не просит, чтобы ты тотчас же поверил, но чтобы ты полюбил его тогда, когда сам поймешь. Если бы он не внушил мне доверия и я не считал бы, что то, о чем я говорю, будет надежным, я не сделал бы того, о чем я намерен сказать: ведь я повел юношу к Бруту. То, о чем я пишу тебе, получило у него такое одобрение, что он сам поверил, не захотел взять меня поручителем и, хваля его, весьма по-дружески упомянул о тебе; отпустил, обняв и поцеловав. Поэтому, хотя и больше оснований к тому, чтобы я тебя поздравил, нежели чтобы я тебя попросил, тем не менее я также прошу, — если ранее, вследствие нестойкости, свойственной возрасту, он совершал кое-что, как казалось, с меньшей твердостью, считай, что он это отбросил, и поверь мне, что твой авторитет принесет многое или, лучше, очень многое для укрепления его решения.

3. Хотя я и часто бросал намек Бруту насчет совместного плавания, он, казалось, подхватил не совсем так, как я думал. Я полагал, что он несколько расстроен, и он, клянусь, был, — и более всего из-за игр. Но когда я возвратился в усадьбу, Гней Лукцей, который проводит с Брутом много времени, рассказал мне, что тот очень медлит, не отступая, но выжидая, не будет ли, быть может, какого-либо случая. Поэтому я колеблюсь, не направиться ли мне в Венусию и не ожидать ли там известий о легионах⁴; если они не прибудут, как кое-кто полагает, то — в Гидрунт; если ни один путь⁵ не будет безопасным, возвращусь сюда же. Ты считаешь, что я шучу. Пусть умру я, если меня, помимо тебя, кто-либо удерживает…⁶ В самом деле, осмотрись, но до того, как я покраснею.

4. О дни, определенные Лепидом при птицегадании великолепно и в соответствии с планом моего возвращения! В твоем письме важное побуждение к отъезду. О, если бы я тебя там! Но — как ты сочтешь полезным.

5. Жду письма от Непота⁷. Он жаждет моих сочинений, раз те, которыми я более всего горжусь, он не считает заслуживающими прочтения. И ты говоришь «после… великого»⁸? Нет, ты великий, а он бессмертный. Не имеется никакого сборника моих писем, но у Тирона есть приблизительно семьдесят писем, и некоторые следует взять у тебя; мне нужно их пересмотреть и исправить; только после этого они будут изданы.

ПРИМЕЧАНИЯ

1. «Брут» — это название трагедии Акция, в которой, очевидно, выведен Луций Юний Брут, по преданию, избавивший Рим от тирании Тарквиниев. Речь идет о представлении для народа, устроенном от имени Марка Брута. Ср. письмо DCCLXXII, § 3. [назад]

2. Очевидно, театральные представления на темы из истории Греции или греческой мифологии. [назад]

3. Возможно, сочинение «Об обязанностях». [назад]

4. Насчет четырех легионов, которые ожидались из Македонии по вызову Марка Антония. Цицерон не желал встречи с ними. [назад]

5. Ни через Гидрунт, ни через Брундисий. [назад]

6. Здесь возможен пропуск в тексте, так как следующая фраза представляется неоправданной. [назад]

7. Историк Корнелий Непот. [назад]

8. Ср.: Гомер, «Одиссея», XI, 468-469:

Аттик в своем письме, возможно, указал, что Непот как историк — первый после Цицерона, как Аякс — первый после Ахилла. Цицерон отвечает, что Аттик является Ахиллом, а он, Цицерон, — Аяксом, Непот же является бессмертным, т.е. божеством. [назад]