Caedes mariana и tabulae sullanae: террор в Риме в 88—81 гг. до н. э.

с.195 В ста­тье про­во­дит­ся срав­ни­тель­ный ана­лиз терро­ра как поли­ти­че­ско­го сред­ства во вре­мя граж­дан­ской вой­ны и дик­та­ту­ры Сул­лы (88—81 гг. до н. э.). Рас­смат­ри­ва­ют­ся поли­ти­че­ские, про­цедур­ные, иму­ще­ст­вен­ные и иные аспек­ты терро­ра.

Клю­че­вые сло­ва: граж­дан­ские вой­ны в Риме, Марий, Сул­ла, террор, про­скрип­ции.

Граж­дан­ские вой­ны в Риме, как это и быва­ет во вре­мя смут, сопро­вож­да­лись мас­со­вым терро­ром. Убий­ство Тибе­рия Грак­ха и мно­гих его сто­рон­ни­ков зна­ме­но­ва­ло собой нача­ло не про­сто мас­штаб­но­го поли­ти­че­ско­го кри­зи­са, а кро­ва­вой сму­ты, тер­зав­шей Рим целое сто­ле­тие. Но куда боль­ше пора­зи­ли совре­мен­ни­ков и потом­ков рас­пра­вы, совер­шен­ные во вре­мя граж­дан­ской вой­ны 80-х годов (здесь и далее — до нашей эры). Имен­но они решаю­щим обра­зом повли­я­ли на оцен­ку Мария и, во мно­гом, Сул­лы как в антич­ной, так и (пусть в мень­шей сте­пе­ни) в совре­мен­ной лите­ра­ту­ре. Одна­ко срав­ни­тель­но­го ана­ли­за меж­ду дву­мя эти­ми фено­ме­на­ми в исто­рио­гра­фии, насколь­ко мне извест­но, не про­во­ди­лось. Зада­ча насто­я­щей ста­тьи состо­ит в про­веде­нии тако­го ана­ли­за в отно­ше­нии несколь­ких аспек­тов про­бле­мы.

с.196

ПРОЦЕДУРА

Дио­дор (XXXVIII. 4. 1) пишет, что в 87 г. мари­ан­цы перед вступ­ле­ни­ем в Рим при­ня­ли реше­ние убить всех наи­бо­лее выдаю­щих­ся из чис­ла сво­их вра­гов (τοὺς ἐπι­φα­νεσ­τά­τους τῶν ἐχθρῶν… πάν­τας ἀποκ­τείναι). По-види­мо­му, речь шла о том, что у Мария, Цин­ны и их при­вер­жен­цев были свои поже­ла­ния, и они обсуж­да­ли с това­ри­ща­ми, насколь­ко допу­сти­мо их испол­не­ние. Антич­ные авто­ры не упо­ми­на­ют за ред­ки­ми исклю­че­ни­я­ми о каком-либо юриди­че­ском оформ­ле­нии мари­ан­ских репрес­сий¹. А вот в мето­дах про­веде­ния усмат­ри­ва­ют­ся неко­то­рые общие чер­ты: «Тот­час же рас­сы­па­лись во все сто­ро­ны сыщи­ки и ста­ли искать вра­гов Мария и Цин­ны из чис­ла сена­то­ров и так назы­вае­мых всад­ни­ков. Когда поги­ба­ли всад­ни­ки, дело этим и кон­ча­лось. Зато голо­вы сена­то­ров, все без исклю­че­ния, выстав­ля­лись перед ора­тор­ской три­бу­ной². Во всем про­ис­хо­див­шем не вид­но было ни почте­ния к богам, ни бояз­ни мести со сто­ро­ны людей, ни стра­ха перед мер­зо­стью таких поступ­ков. Мало было того, что поступ­ки эти были дикие; с ними соеди­ни­лись и без­нрав­ст­вен­ные кар­ти­ны. Сна­ча­ла без­жа­лост­но людей уби­ва­ли, затем пере­ре­зы­ва­ли у уби­тых