Балабанов П.

Немонетные формы денег в Скифии и Фракии

Текст приводится по изданию: «Античный мир и археология». Вып. 15. Саратов, 2011. С. 162—180.

с.162 Дав­но под­ме­че­но, что в эпо­ху позд­не­го брон­зо­во­го века на терри­то­рии Фра­кии и Север­но­го При­чер­но­мо­рья появ­ля­ют­ся кла­ды метал­ли­че­ских пред­ме­тов пре­иму­ще­ст­вен­но из брон­зы1. Неко­то­рые иссле­до­ва­те­ли видят в них нача­ло накоп­ле­ния кла­дов, вызван­ное пони­ма­ни­ем, что эти вещи име­ют не толь­ко потре­би­тель­скую, но и абстракт­ную сто­и­мость. В этом смыс­ле они могут быть интер­пре­ти­ро­ва­ны как ран­ние фор­мы прото­де­нег.

Попыт­ки выде­ле­ния опре­де­лен­ных кате­го­рий вещей, слу­жив­ших в каче­стве экви­ва­лен­та сто­и­мо­сти в тор­го­вых опе­ра­ци­ях в более древ­ние исто­ри­че­ские эпо­хи, пред­при­ни­ма­лись и ранее. Одна­ко на этом эта­пе иссле­до­ва­ний это не более чем рабо­чие гипо­те­зы. Основ­ные про­бле­мы, свя­зан­ные с поис­ком дока­за­тельств, что мы име­ем дело не про­сто с метал­ли­че­ски­ми (или изготов­лен­ны­ми из дру­гих мате­ри­а­лов) пред­ме­та­ми, слу­жа­щи­ми для обы­ден­ных нужд, а с экви­ва­лен­та­ми сто­и­мо­сти, пред­на­зна­чен­ны­ми для обслу­жи­ва­ния тор­го­вых опе­ра­ций, оста­ют­ся в силе. Это каса­ет­ся и тех слу­ча­ев, когда мы име­ем дело с наход­ка­ми более позд­них вре­мен, о кото­рых рас­по­ла­га­ем инфор­ма­ци­ей, в том чис­ле и по пись­мен­ным источ­ни­кам. В первую оче­редь очень труд­но опре­де­лить (осо­бен­но когда име­ем дело с быто­вы­ми пред­ме­та­ми) их основ­ные и допол­ни­тель­ные функ­ции в усло­ви­ях нату­раль­но­го обме­на.

В лите­ра­ту­ре с дав­них пор утвер­ди­лось опре­де­ле­ние любых отлич­ных от монет форм денег как «домо­нет­ных». Тер­мин оче­вид­но неуда­чен по несколь­ким сооб­ра­же­ни­ям. Во-пер­вых, даже сего­дня основ­ные употреб­ля­е­мые фор­мы денег — это купю­ры, а не моне­ты. На про­тя­же­нии всех исто­ри­че­ских эпох в тор­гов­ле и эко­но­ми­че­ских опе­ра­ци­ях для ове­щест­вле­ния сто­и­мо­сти употреб­ля­лись слит­ки раз­ных метал­лов. В антич­ные вре­ме­на доволь­но дол­го после утвер­жде­ния моне­ты как основ­ной фор­мы денег воз­мож­ность вза­и­мо­за­ме­ня­е­мо­сти меж­ду моне­той и дру­ги­ми пред­ме­та­ми была доку­мен­ти­ро­ва­на в боль­шом чис­ле эпи­гра­фи­че­ских памят­ни­ков. Вспом­ним, напри­мер, обы­чай отме­чать, что золо­той венок для героя над­пи­си сто­ит столь­ко-то ста­те­ров. Репа­ра­ции при ула­жи­ва­нии воен­ных кон­флик­тов чаще все­го изме­ря­лись не моне­та­ми, а опре­де­лен­ным коли­че­ст­вом дра­го­цен­ных метал­лов, кото­рое опре­де­ля­лось весо­вы­ми еди­ни­ца­ми. Опе­ре­жая изло­же­ние, отме­тим, что сего­дня уже дока­за­но, что фор­мы денег в виде сти­ли­зо­ван­ных стре­лок или дель­фин­чи­ков цир­ку­ли­ро­ва­ли парал­лель­но с моне­та­ми более двух веков, при­чем в мас­со­вом коли­че­стве. Поэто­му гораздо точ­нее назвать эти фор­мы денег «немо­нет­ны­ми».

О нали­чии и рас­про­стра­не­нии подоб­ных денег за послед­ние годы нако­пи­лось доволь­но мно­го инфор­ма­ции. Одна­ко по раз­ным при­чи­нам пуб­ли­ка­ции огра­ни­чи­ва­ют­ся изу­че­ни­ем толь­ко фор­маль­ных с.163 пара­мет­ров — форм, весов, систем стан­дар­тов, к кото­рым они при­вя­за­ны. В то же вре­мя недо­оце­нен­ным оста­ет­ся то обсто­я­тель­ство, что они явля­ют­ся досто­вер­ны­ми источ­ни­ка­ми инфор­ма­ции о состо­я­нии эко­но­ми­че­ских отно­ше­ний, фор­ми­ро­ва­нии мест­ных и регио­наль­ных рын­ков и раз­ви­тии рыноч­ных эле­мен­тов в эко­но­ми­ке кон­крет­ных этни­че­ских обра­зо­ва­ний. Для тор­гов­цев антич­ной эпо­хи име­ли зна­че­ние не про­ис­хож­де­ние и фор­мы денеж­ных зна­ков (сего­дня поло­же­ние в миро­вой тор­гов­ле не изме­ни­лось), а их реаль­ная сто­и­мость. То есть, у нас нет ника­ких осно­ва­ний тол­ко­вать немо­нет­ные фор­мы денег как «вар­вар­ские» или ука­зы­ваю­щие на более низ­кий уро­вень раз­ви­тия рын­ка дан­но­го обще­ства. Напом­ним, что, к при­ме­ру, в Китае клас­си­че­ские моне­ты, харак­тер­ные для евро­пей­ско­го кон­ти­нен­та, появи­лись доволь­но позд­но и толь­ко как одна из употреб­ля­е­мых форм денег.

С этой точ­ки зре­ния весь­ма важ­но отме­тить, что в реги­оне Чер­но­го моря уже в эпо­ху позд­ней брон­зы парал­лель­но с дру­ги­ми фор­ма­ми опла­ты тор­го­вых опе­ра­ций появ­ля­ют­ся клас­си­че­ские для сво­его вре­ме­ни фор­мы денег. По внеш­не­му виду брон­зо­вые слит­ки име­ли фор­му, отда­лен­но напо­ми­наю­щую обра­ботан­ные шку­ры живот­ных. Во вто­рой поло­вине вто­ро­го тыся­че­ле­тия до н. э. они цир­ку­ли­ро­ва­ли на огром­ной терри­то­рии, в том чис­ле и доволь­но дале­ко от мор­ских бере­гов (рис. 1).

Как извест­но, слит­ки с подоб­ны­ми фор­ма­ми и стан­дар­том пре­иму­ще­ст­вен­но в один талант (око­ло 26 кг) в бас­сейне Сре­ди­зем­но­го моря появи­лись не позд­нее XV в. до н. э.2 За послед­ние деся­ти­ле­тия чис­ло подоб­ных нахо­док пере­ва­ли­ло за несколь­ко сотен. Были сде­ла­ны попыт­ки опре­де­лить место их созда­ния и про­из­вод­ства, а так­же вычис­лить весо­вые систе­мы, на кото­рые они ори­ен­ти­ро­ва­лись. Одна­ко лави­но­об­раз­ное уве­ли­че­ние нахо­док и новая инфор­ма­ция о них за послед­нее вре­мя пока­за­ли, что мы име­ем дело с явле­ни­ем, к кото­ро­му необ­хо­ди­мо под­хо­дить весь­ма осто­рож­но.

Ана­ли­зы хими­че­ско­го соста­ва брон­зы пока­за­ли, что слит­ки с ана­ло­гич­ны­ми фор­ма­ми и весом изготов­ля­лись не толь­ко на Кри­те и Кип­ре, но и в дру­гих цен­трах, ино­гда весь­ма уда­лен­ных3. На сего­дня все более при­ем­ле­мой выглядит гипо­те­за, что по раз­ным при­чи­нам имен­но эта фор­ма слит­ков с таким весом пре­вра­ти­лась в сво­его рода все­мир­но при­знан­ный экви­ва­лент денег, выпол­няв­ший роль «миро­вой валю­ты» в бас­сейне Сре­ди­зем­но­мо­рья, и про­из­во­ди­лись они в самых раз­ных цен­трах. Пока­за­те­лен факт, что в отно­ше­нии фор­мы мож­но выде­лить неко­то­рые отли­чия, кото­рые пока труд­но при­вя­зать к кон­крет­ным цен­трам про­из­вод­ства или выстро­ить по ним хро­но­ло­ги­че­ские и мор­фо­ло­ги­че­ские клас­си­фи­ка­ции. Ино­гда эти изде­лия име­ют весь­ма удли­нен­ные кон­цы (что мы видим и на извест­ной с.164 фрес­ке из Егип­та), ино­гда одна из поверх­но­стей име­ет рельеф­ную струк­ту­ру, напо­ми­наю­щую шерсть живот­но­го, ино­гда на них ста­ви­лись штем­пе­ли (рис. 2).

В послед­нее вре­мя ста­ли извест­ны новые слит­ки подоб­ной фор­мы, отли­чаю­щи­е­ся сво­им весом от обще­при­ня­то­го. Пока они немно­го­чис­лен­ны и труд­но ска­зать, по какой при­чине они откло­ня­ют­ся от стан­дар­та в один талант. Раз­брос весов не дает осно­ва­ния искать в них фрак­ции стан­дар­та. Любо­пыт­но отме­тить, что в музее на ост­ро­ве Кипр нахо­дит­ся мини­а­тюр­ный сли­ток весом все­го в несколь­ко грамм (рис. 2, в).

Пер­вый подоб­ный сли­ток из Фра­кии, весом в 26 кг, был най­ден воз­ле дерев­ни Чер­ко­во, рас­по­ло­жен­ной в 40 км к запа­ду от Бур­гас­ско­го зали­ва4. По инфор­ма­ции учи­те­лей мест­ной шко­лы он най­ден на месте раз­ру­шен­но­го сель­ско­хо­зяй­ст­вен­ны­ми работа­ми посе­ле­ния позд­не­брон­зо­во­го века. На одной сто­роне это­го слит­ка клей­мо — бук­ва крит­ско­го линей­но­го пись­ма A. К сожа­ле­нию, ана­ли­зы хими­че­ско­го соста­ва брон­зы это­го арте­фак­та пока еще не сде­ла­ны.

В послед­ние два деся­ти­ле­тия ста­ли извест­ны целые и фраг­мен­ти­ро­ван­ные слит­ки и из дру­гих рай­о­нов Бол­га­рии: из окрест­но­стей Вар­ны, с север­ных скло­нов горы Сакар, два слит­ка най­де­ны водо­ла­за­ми у бере­гов Чер­но­го моря. В двух слу­ча­ях слит­ки име­ют клей­ма, состо­я­щие из одной бук­вы крит­ско­го линей­но­го пись­ма A. Этот факт дока­зы­ва­ет, что во вто­рой поло­вине II тыс. до н. э. терри­то­рия Фра­кии под­дер­жи­ва­ла устой­чи­вые тор­го­вые кон­так­ты со Сре­ди­зем­но­мо­рьем. Это­му име­ют­ся и дру­гие свиде­тель­ства: печать еги­пет­ско­го фара­о­на Сред­не­го цар­ства, най­ден­ная в Плов­ди­ве5, фраг­мен­ты микен­ской кера­ми­ки из риту­аль­ных ям на бере­гу Дуная воз­ле деревне Бага­чи­на6, микен­ская печать из Бур­гас­ско­го зали­ва7. Пол­ной неожи­дан­но­стью, одна­ко, ока­за­лись резуль­та­ты хими­че­ско­го ана­ли­за фраг­мен­тов подоб­ных брон­зо­вых слит­ков, най­ден­ных в Сака­ре. Ока­за­лось, что они изготов­ле­ны из фра­кий­ской руды, добы­той в извест­ном место­рож­де­нии Аи Бунар воз­ле горо­да Ста­ра Заго­ра, почти в цен­тре совре­мен­ной Бол­га­рии8. Это несо­мнен­но дока­зы­ва­ет, что Фра­кию мож­но при­чис­лить к цен­трам не толь­ко потреб­ле­ния, но и про­из­вод­ства этих немо­нет­ных форм денег.

Несколь­ко стран­ным выглядит то обсто­я­тель­ство, что подоб­ные наход­ки пока неиз­вест­ны север­нее Дуная. Мож­но толь­ко наде­ять­ся, что это вопрос вре­ме­ни, так как тор­го­вые свя­зи меж­ду Север­ной с.165 Фра­ки­ей и Севе­ро-Запад­ным При­чер­но­мо­рьем в эпо­ху позд­ней брон­зы дав­но дока­за­ны.

Хотя брон­зо­вые слит­ки в фор­ме зве­ри­ной шку­ры наи­бо­лее извест­ны, это не един­ст­вен­ная фор­ма денег, исполь­зо­вав­ших­ся в эпо­ху позд­ней брон­зы. Напри­мер, до сих пор оста­ет­ся без ясной интер­пре­та­ции най­ден­ный при под­вод­ных иссле­до­ва­ни­ях воз­ле Кали­а­к­ры неболь­шой по объ­е­му сли­ток из элек­тро­на9. По тра­ди­ции он был объ­яв­лен копи­ей слит­ков из брон­зы, но, в сущ­но­сти, подоб­ная гипо­те­за рав­но­силь­на вся­кой дру­гой: что он явля­ет­ся свя­щен­ным пред­ме­том, рега­ли­ей вла­сти или чем-то иным.

Извест­ны так­же слит­ки в фор­ме «лепе­шек», кото­рые так же тра­ди­ци­он­но интер­пре­ти­ру­ют­ся как «прото­день­ги». Они встре­ча­ют­ся по бере­гам Восточ­но­го Сре­ди­зем­но­мо­рья, а недав­но были най­де­ны и в Чер­ном море воз­ле мыса Мас­лен нос10.

Спи­сок суще­ст­во­вав­ших форм метал­ли­че­ских слит­ков, испол­няв­ших функ­ции немо­нет­ных денег в позд­не­брон­зо­вом веке, веро­ят­но, будет рас­ши­рен за счет новых нахо­док. Одна­ко уже сей­час ясно — все они пред­на­зна­ча­лись для обслу­жи­ва­ния опто­вой тор­гов­ли. Частое исполь­зо­ва­ние клейм ука­зы­ва­ет на то, что в это вре­мя мас­штаб­ные меж­ду­на­род­ные тор­го­вые опе­ра­ции были под кон­тро­лем адми­ни­ст­ра­тив­ной вла­сти. Так эти арте­фак­ты пре­вра­ща­ют­ся в цен­ный источ­ник инфор­ма­ции об эко­но­ми­че­ских отно­ше­ни­ях и соци­аль­ной струк­ту­ре обще­ства того вре­ме­ни.

В отли­чие от кон­ца II тыс. до н. э., гораздо слож­нее дока­зать суще­ст­во­ва­ние немо­нет­ных денег в ран­нем желез­ном веке. В 50—70-х годах про­шло­го века проф. Т. Гера­си­мов опуб­ли­ко­вал несколь­ко сооб­ще­ний о кла­дах, состав­лен­ных из метал­ли­че­ских пред­ме­тов оди­на­ко­вой фор­мы, кото­рые он интер­пре­ти­ро­вал как раз­но­вид­но­сти мест­ных денег. До сих пор суще­ст­ву­ют сомне­ния, явля­ют­ся ли неко­то­рых из них денеж­ны­ми зна­ка­ми, или это нечто иное. Сре­ди таких слит­ков, кото­рые с наи­боль­шей веро­ят­но­стью испол­ня­ли роль денег, сле­ду­ет отме­тить, в первую оче­редь, серию арте­фак­тов в фор­ме сер­пов. Они отли­ча­ют­ся от стан­дарт­ных орудий труда неболь­ши­ми линей­ны­ми раз­ме­ра­ми, отсут­ст­ви­ем режу­ще­го угла и нефунк­цио­наль­ным отрост­ком на месте руч­ки. Обыч­но у них име­ет­ся толь­ко одна рельеф­ная поверх­ность, а ниж­няя сто­ро­на остав­ле­на ров­ной11. В послед­ние годы ста­ли извест­ны еще неко­то­рые наход­ки подоб­ных пред­ме­тов, но все рав­но коли­че­ство опуб­ли­ко­ван­ных арте­фак­тов это­го типа оста­ет­ся огра­ни­чен­ным. Это обсто­я­тель­ство, а так­же доволь­но широ­кий раз­брос их веса (обыч­но чуть более 30 грамм) не поз­во­ля­ют дать этим слит­кам окон­ча­тель­ную интер­пре­та­цию. Оста­ют­ся с.166 гипо­те­ти­че­ски­ми и хро­но­ло­ги­че­ские гра­ни­цы их быто­ва­ния, посколь­ку все извест­ные до сих пор день­ги-сер­пы про­ис­хо­дят из слу­чай­ных нахо­док. Пока­за­тель­но, что боль­шин­ство из них, по сведе­ни­ям кол­лек­ци­о­не­ров, най­де­но в рай­оне горо­да Вар­на.

Проф. Т. Гера­си­мов опуб­ли­ко­вал так­же неболь­шой клад брон­зо­вых слит­ков в фор­ме лаб­ри­са, кото­рые он так­же интер­пре­ти­ро­вал как мест­ные фор­мы денег12. Они отли­ча­ют­ся неболь­ши­ми линей­ны­ми раз­ме­ра­ми и весом в несколь­ко грамм. У них кро­хот­ные отвер­стия, шири­ной в два-три мил­ли­мет­ра, кото­рые, оче­вид­но, не в состо­я­нии удер­жать руч­ку. В ходе архео­ло­ги­че­ских иссле­до­ва­ний за послед­ние деся­ти­ле­тия было най­де­но еще несколь­ко слит­ков подоб­ной фор­мы13.

К сожа­ле­нию, боль­шин­ство подоб­ных арте­фак­тов на терри­то­рии Фра­кии про­ис­хо­дит из слу­чай­ных нахо­док или изъ­ято у кла­до­ис­ка­те­лей, что не дает нам кон­тек­ста, в кото­ром они най­де­ны. Это силь­но затруд­ня­ет их одно­знач­ную интер­пре­та­цию и досто­вер­но аргу­мен­ти­ро­ван­ную хро­но­ло­гию.

Подоб­ным обра­зом обсто­ит дело и с сери­ей слит­ков (в основ­ном из брон­зы), кото­рые ста­ли извест­ны по пуб­ли­ка­ци­ям послед­них лет14. Сре­ди них осо­бое вни­ма­ние при­вле­ка­ют слит­ки в фор­ме пел­ты (рис. 3), кото­рые име­ют раз­но­об­раз­ные раз­ме­ры (от 20 до 100 мм в дли­ну и тол­щи­ной от 3 до 15 мм). Как пра­ви­ло, рельеф име­ет­ся толь­ко на одной сто­роне, а дру­гая остав­ле­на ров­ной. Нефунк­цио­наль­ность этих пред­ме­тов в быту не вызы­ва­ет сомне­ний. Одна­ко боль­шой раз­брос в их раз­ме­рах и весе пока не дает уве­рен­но­сти в их интер­пре­та­ции в каче­стве денег.

Дру­гую кате­го­рию подоб­ных пред­ме­тов мож­но обо­зна­чить как сти­ли­зо­ван­ные цвет­ки. Они тоже раз­ли­ча­ют­ся сво­и­ми раз­ме­ра­ми и весом, но в целом более одно­род­ны по этим харак­те­ри­сти­кам, чем пел­ты. И у них рельеф име­ет­ся толь­ко на одной сто­роне.

Весь­ма инте­рес­ны и мно­го­чис­лен­ные наход­ки послед­них лет т. н. брон­зо­вых «коло­коль­чи­ков», кото­рые, оче­вид­но, не мог­ли выпол­нять функ­цию музы­каль­но­го инстру­мен­та15, хотя их одно­знач­ное отне­се­ние к денеж­ным фор­мам пока оста­ет­ся дис­кус­си­он­ным (рис. 4).

Труд­нее при­знать фор­ма­ми метал­ли­че­ских немо­нет­ных денег неко­то­рые дру­гие пред­ме­ты из брон­зы, напри­мер, трик­се­ли (трех­вет­ве­вые сва­сти­ки)16 и раз­но­го вида коль­ца с рельеф­ны­ми укра­ше­ни­я­ми в виде буто­нов17. Послед­ние, к при­ме­ру, име­ют ана­ло­гии в неко­то­рых эле­мен­тах кон­ской сбруи, най­ден­ных в раз­ных архео­ло­ги­че­ских ком­плек­сах с.167 кон­ца ран­не­же­лез­но­го века на терри­то­рии Бол­га­рии. На севе­ро-запад­ных окра­и­нах Бал­кан, одна­ко, подоб­ные пред­ме­ты интер­пре­ти­ру­ют­ся имен­но как немо­нет­ные день­ги18.

Есть еще одно обсто­я­тель­ство, силь­но затруд­ня­ю­щее интер­пре­та­цию упо­мя­ну­тых типов брон­зо­вых арте­фак­тов. Дело в том, что до появ­ле­ния офи­ци­аль­ных над­че­ка­нок на метал­ли­че­ских слит­ках — зна­ка, дока­зы­ваю­ще­го их абстракт­ную сто­и­мость, гаран­ти­ро­ван­ную каким-то цен­тром вла­сти — их цена опре­де­ля­лась исклю­чи­тель­но потре­би­тель­ской сто­и­мо­стью содер­жа­ще­го­ся в них метал­ла. Это поз­во­ля­ло исполь­зо­вать в каче­стве денег любые метал­ли­че­ские пред­ме­ты. Уже извест­но мно­же­ство кла­дов одно­род­ных арте­фак­тов, кото­рые интер­пре­ти­ру­ют­ся как немо­нет­ные фор­мы денег, вклю­чая моне­ты-стрел­ки, в функ­ции кото­рых сомне­ний не может быть и в соста­ве кото­рых есть вполне функ­цио­наль­ные быто­вые пред­ме­ты из метал­ла (напри­мер, насто­я­щие навер­шия стрел), а так­же метал­ли­че­ские слит­ки непра­виль­ной фор­мы. Поэто­му в боль­шин­стве слу­ча­ев отне­се­ние пред­ме­тов раз­ной, даже на пер­вый взгляд необыч­ной и нефунк­цио­наль­ной в быто­вом отно­ше­нии фор­мы, к кате­го­рии немо­нет­ных денег, если для это­го нет доста­точ­но вес­ких дока­за­тельств, весь­ма дис­кус­си­он­но. Еще более дис­кус­си­он­ной явля­ет­ся гипо­те­за, что вес подоб­ных денег был при­вя­зан к эта­ло­нам, заим­ст­во­ван­ным из уда­лен­ных цен­траль­ных обла­стей Эге­иды19. На этом эта­пе несо­мнен­но лишь одно. В ран­нем желез­ном веке, к кото­ро­му отно­сит­ся боль­шин­ство подоб­ных слит­ков, они обслу­жи­ва­ли мест­ные тор­го­вые кон­так­ты, пре­иму­ще­ст­вен­но еже­днев­ную куп­лю-про­да­жу. При­чем изготов­ле­ние немо­нет­ных денеж­ных зна­ков не кон­тро­ли­ро­ва­лось государ­ст­вом или иной вла­стью. Их мог­ли изготав­ли­вать любые масте­ра и цен­тры про­из­вод­ства метал­ли­че­ских изде­лий. Мож­но думать так­же о ситу­а­ци­ях, когда они изготов­ля­лись спе­ци­аль­но для опла­ты кон­крет­ной тор­го­вой опе­ра­ции или для исполь­зо­ва­ния в тор­гов­ле меж­ду кон­крет­ны­ми контр­аген­та­ми.

В то же вре­мя накоп­ле­ние боль­шо­го коли­че­ства нахо­док одно­тип­ных пред­ме­тов, как пра­ви­ло, най­ден­ных в соста­ве кла­дов, не остав­ля­ет сомне­ния, что хотя бы неко­то­рые из них выпол­ня­ли функ­ции денег. Все это ука­зы­ва­ет на то, что в ран­нем желез­ном веке мож­но гово­рить о каче­ст­вен­ных изме­не­ни­ях в функ­ци­ях метал­ли­че­ских немо­нет­ных денег по срав­не­нию с более ран­ним вре­ме­нем. Оче­вид­но, в I тыс. до н. э. роль роз­нич­ной тор­гов­ли в жиз­ни насе­ле­ния Фра­кии рез­ко воз­рос­ла и для ее обслу­жи­ва­ния пона­до­би­лось изготов­ле­ние более под­хо­дя­щих форм метал­ли­че­ских денег. Наблюдае­мое гео­гра­фи­че­ское рас­про­стра­не­ние раз­ных типов упо­мя­ну­тых слит­ков дает воз­мож­ность гово­рить о ста­би­ли­за­ции мест­ных и регио­наль­ных рын­ков. Так, напри­мер, «пел­ты», «цве­ты» и «коло­коль­чи­ки» харак­тер­ны глав­ным обра­зом для севе­ро-восточ­ной Бол­га­рии (совре­мен­ная Доб­руд­жа), «лаб­ри­сы», наобо­рот, нахо­дят пре­иму­ще­ст­вен­но к югу от Бал­кан­ских гор, хотя есть с.168 исклю­че­ния, кото­рые из-за мало­го чис­ла нахо­док труд­но интер­пре­ти­ро­вать. Мож­но пред­по­ло­жить так­же, что при выпол­не­нии этих опе­ра­ций еще силь­ны были тра­ди­ции нату­раль­но­го обме­на и пред­ме­ты, исполь­зу­е­мые в каче­стве денег, явля­лись не основ­ным сред­ст­вом пла­те­жа, а как бы «добав­кой» к сто­и­мо­сти това­ров одной из участ­во­вав­ших в тор­гов­ле сто­рон.

Сле­дую­щий шаг в спе­ци­а­ли­за­ции немо­нет­ных денег на терри­то­рии Север­но­го и Запад­но­го При­чер­но­мо­рья был сде­лан с появ­ле­ни­ем так назы­вае­мых «монет-стре­лок» (рис. 5). В послед­ние годы они были под­верг­ну­ты обсто­я­тель­но­му ана­ли­зу20. Вот вкрат­це самые важ­ные выво­ды об их функ­ци­о­ни­ро­ва­нии на про­тя­же­нии почти четы­рех сто­ле­тий с кон­ца VII до середи­ны IV вв. до н. э. Они появ­ля­ют­ся вдруг в доволь­но обшир­ном гео­гра­фи­че­ском реги­оне: самые ран­ние извест­ны из рас­ко­пок на ост­ро­ве Бере­зань, но подоб­ные наход­ки доку­мен­ти­ро­ва­ны так­же почти во всех гре­че­ских коло­ни­ях по запад­ным и севе­ро-запад­ным бере­гам Чер­но­го моря в куль­тур­ных отло­же­ни­ях кон­ца VII — нача­ла VI вв. до н. э., и позд­нее — до кон­ца IV в. до н. э. В выбор­ке опуб­ли­ко­ван­ных изде­лий мож­но раз­ли­чить две основ­ные фор­мы — слит­ки, кото­рые боль­ше похо­жи на нако­неч­ник стре­лы и такие, кото­рые пере­да­ют сти­ли­зо­ван­ную фор­му листьев ивы (до несколь­ких сотен вари­ан­тов). К при­ме­ру, ана­лиз круп­но­го ком­плек­са с полу­ост­ро­ва Атия в Бол­га­рии пока­зал, что в нем содер­жат­ся отлив­ки более чем от 60 литей­ных форм21. Мож­но пред­по­ло­жить, что листо­вид­ные слит­ки более харак­тер­ны для земель к севе­ру от Дуная и Доб­руд­жи, а клас­си­че­ские моне­ты-стрел­ки — для терри­то­рии совре­мен­ной Восточ­ной Бол­га­рии.

В пер­вые два века сво­его суще­ст­во­ва­ния моне­ты-стрел­ки были более круп­ны­ми, хотя, в отли­чие от С. Топа­ло­ва, я не вижу доста­точ­ных осно­ва­ний счи­тать, что все они были при­вя­за­ны к одной опре­де­лен­ной и неиз­мен­ной во вре­ме­ни весо­вой систе­ме. Немно­го­чис­лен­ные пуб­ли­ка­ции, содер­жа­щие весо­вые дан­ные, ука­зы­ва­ют на зна­чи­тель­ный раз­брос поряд­ка 2—2.5 грамм для каж­дой фор­мы: от 6—7 до 4.5 грамм для арте­фак­тов, дати­ро­ван­ных до середи­ны V в. до н. э.22 Чтобы выявить веро­ят­ный стан­дарт при таком раз­бро­се, необ­хо­ди­мо иметь сведе­ния о весе по мень­шей мере несколь­ких сотен слит­ков. После середи­ны V в. до н. э. их вес начи­на­ет падать и в кон­це пери­о­да их функ­ци­о­ни­ро­ва­ния дохо­дит до 1.5—1.0 грам­ма. Инте­рес­но отме­тить, что до сих пор неиз­вест­ны наход­ки фрак­ций это­го типа денег, дати­ро­ван­ных ранее кон­ца V в. до н. э. А это озна­ча­ет, что меж­ду про­из­во­ди­те­ля­ми и потре­би­те­ля­ми суще­ст­во­ва­ла какая-то непи­са­ная дого­во­рен­ность или при­вя­зан­ность к тра­ди­ции — сколь­ко они долж­ны были при­мер­но весить (как ранее в слу­чае со слит­ка­ми в фор­ме бычьих шкур).

с.169 Хими­че­ские ана­ли­зы, выпол­нен­ные рус­ски­ми иссле­до­ва­те­ля­ми23, поз­во­ли­ли опре­де­лить место­рож­де­ния меди. Ока­за­лось, что все они нахо­дят­ся в пре­де­лах Фра­кии, но доволь­но дале­ко от мор­ских бере­гов. Это озна­ча­ет, что уже в VII в. до н. э. в Чер­но­мор­ском реги­оне суще­ст­во­ва­ла регу­ляр­ная опто­вая тор­гов­ля сырьем для про­из­вод­ства брон­зы. Оно достав­ля­лось из внут­рен­них рай­о­нов стра­ны к бере­гам, где были рас­по­ло­же­ны основ­ные потре­би­те­ли. Боль­шая часть полу­чен­но­го метал­ла, оче­вид­но, была пред­на­зна­че­на на импорт, но и мест­ное про­из­вод­ство пред­ме­тов из меди и брон­зы тоже было зна­чи­тель­ным.

В послед­нее вре­мя ста­ли извест­ны образ­цы монет-стре­лок, над­че­ка­нен­ные зна­ка­ми, харак­тер­ны­ми для ран­них монет Апол­ло­нии и Ист­рии, может быть и Мес­сем­брии: якорь, бук­ва Α и коле­со с четырь­мя спи­ца­ми. Эти наход­ки поз­во­ля­ют с уве­рен­но­стью заклю­чить, что про­из­вод­ство слит­ков осу­ществля­лось в раз­ных поли­сах по запад­ным бере­гам Чер­но­го моря. Более 90% нахо­док это­го типа про­ис­хо­дят из гре­че­ских коло­ний и их окрест­но­стей. Поэто­му сего­дня не вызы­ва­ет спо­ров утвер­жде­ние, что они обслу­жи­ва­ли внут­рен­нюю тор­гов­лю гре­че­ских горо­дов-государств, при­чем имен­но мел­кие роз­нич­ные опе­ра­ции. Самые круп­ные кла­ды монет-стре­лок, содер­жа­щие (по пуб­ли­ка­ци­ям) око­ло 8000 экзем­пля­ров24 (по гру­бым рас­че­там 4—4.5 кг брон­зы), по сто­и­мо­сти могут быть при­рав­не­ны к несколь­ким десят­кам сереб­ря­ных драхм это­го вре­ме­ни. Это обсто­я­тель­ство дает нам осно­ва­ние рас­смат­ри­вать моне­ты-стрел­ки как регио­наль­ную фор­му немо­нет­ных денег для обслу­жи­ва­ния мел­ких тор­го­вых опе­ра­ций, харак­тер­ную для запад­ных и севе­ро-запад­ных поли­сов по бере­гам Чер­но­го моря до нача­ла эпо­хи элли­низ­ма.

Оста­ет­ся откры­тым вопрос — сколь­ко цен­тров выпус­ка­ли моне­ты-стрел­ки и насколь­ко они были рас­про­стра­не­ны на рын­ках окрест­ных пле­мен. В неболь­ших коли­че­ствах они извест­ны из архео­ло­ги­че­ских памят­ни­ков глу­бо­ко в кон­ти­нен­таль­ной Фра­кии. К сожа­ле­нию, эти мате­ри­а­лы пока не опуб­ли­ко­ва­ны, хотя сре­ди них есть и наход­ки, сде­лан­ные в ходе архео­ло­ги­че­ских иссле­до­ва­ний. Коли­че­ство подоб­ных слит­ков пока крайне мало, чтобы мож­но было делать обос­но­ван­ные выво­ды. Весь­ма инте­рес­на наход­ка пред­на­ме­рен­но сло­ман­но­го слит­ка это­го типа, про­ис­хо­дя­ще­го, по сведе­ни­ям кла­до­ис­ка­те­лей, из ограб­лен­но­го захо­ро­не­ния в юго-восточ­ной Бол­га­рии. Мож­но пред­по­ло­жить, что сли­ток был сло­ман риту­аль­но, как и дру­гие пред­ме­ты (кера­ми­че­ские сосуды), най­ден­ные вме­сте с ним.

Важ­но отме­тить, что пик исполь­зо­ва­ния монет-стре­лок пада­ет на вто­рую поло­ви­ну V — первую поло­ви­ну IV вв. до н. э., когда с.170 клас­си­че­ские моне­ты уже выпус­ка­лись почти все­ми поли­са­ми по бере­гам Чер­но­го моря и были востре­бо­ва­ны на внут­рен­них рын­ках Фра­кии и Ски­фии. К при­ме­ру, гор­шок, в кото­ром нахо­дил­ся клад монет-стре­лок с полу­ост­ро­ва Атия (1967 экз.), дати­ру­ет­ся середи­ной V в. до н. э., а клад из Ени­са­ла, най­ден­ный в гор­ле амфо­ры с энгли­фи­че­ским клей­мом — на 60—80 лет поз­же25. Для это­го вре­ме­ни мож­но гово­рить о суще­ст­вен­ном упо­рядо­че­нии весо­во­го стан­дар­та этих слит­ков. Для кла­да из Атии он состав­лял 4.45 грам­ма.26 Пока­за­тель­но, что в его соста­ве най­де­ны 4 моне­ты-стрел­ки, изготов­лен­ные в одной и той же фор­ме, но две из них под­верг­лись допол­ни­тель­ной обра­бот­ке (один конец отруб­лен), оче­вид­но для умень­ше­ния веса. Все 4 слит­ка име­ли раз­ни­цу в весе поряд­ка 0.25 грам­ма.

К кон­цу это­го пери­о­да появ­ля­ет­ся боль­шое коли­че­ство раз­но­вид­но­стей монет-стре­лок. Сре­ди них — обра­ботан­ные толь­ко с одной сто­ро­ны, на боль­шин­стве из кото­рых есть клей­мо, такое же, как на моне­тах Апол­ло­нии Пон­тий­ской. Несо­мнен­но, это была попыт­ка при­дать слит­кам номи­наль­ную сто­и­мость брон­зо­вых монет, выпус­кав­ших­ся тогда в боль­ших коли­че­ствах этим поли­сом27. Необ­хо­ди­мо отме­тить одна­ко, что дале­ко не все­гда мож­но най­ти парал­ле­ли в весе стре­лок и монет. В это вре­мя в боль­ших коли­че­ствах появи­лись и слит­ки с гораздо мень­шим весом — до 1.5 грамм. Недав­но ста­ли извест­ны и подо­бия нако­неч­ни­ков стрел, выре­зан­ных из тон­ких пла­сти­нок28. Оче­вид­но, наход­ки подоб­ных пред­ме­тов мар­ки­ру­ют конец пери­о­да употреб­ле­ния монет-стре­лок как фор­мы немо­нет­ных денег. По име­ю­щим­ся дан­ным, это про­ис­хо­дит ко вто­рой поло­вине IV в. до н. э.

Мож­но пред­по­ло­жить, что на терри­то­рии, где обра­ща­лись моне­ты-стрел­ки в пери­од VII—IV вв. до н. э., суще­ст­во­ва­ли доста­точ­но интен­сив­ные внут­рен­ние эко­но­ми­че­ские свя­зи, обес­пе­чи­вав­шие обо­рот этих слит­ков как обще­при­знан­ной меж­ду­на­род­ной валю­ты (рис. 7). Это нахо­дит под­твер­жде­ние в резуль­та­тах ана­ли­за антич­но­го импор­та (амфор и чер­но­ла­ко­вых сосудов), кото­рый для это­го реги­о­на демон­стри­ру­ет весь­ма близ­кие ана­ло­гии, как в отно­ше­нии ассор­ти­мен­та, так и по цен­трам про­из­вод­ства и удель­но­му весу отдель­ных кате­го­рий арте­фак­тов.

Парал­лель­но с моне­та­ми-стрел­ка­ми на боль­шей части той же терри­то­рии с VI в. до н. э. функ­ци­о­ни­ро­ва­ли брон­зо­вые день­ги, име­ю­щие с.171 фор­му сти­ли­зо­ван­но­го изо­бра­же­ния дель­фи­на29. Все иссле­до­ва­те­ли еди­но­душ­но при­зна­ют их пла­теж­ным сред­ст­вом, создан­ным в Оль­вии. Их систе­ма­ти­за­ция и интер­пре­та­ция раз­ра­бота­на доволь­но подроб­но30, поэто­му здесь огра­ни­чим­ся толь­ко несколь­ки­ми заме­ча­ни­я­ми.

В отли­чие от монет-стре­лок, кото­рые почти не изме­ня­лись по раз­ме­рам, фор­ме и весу в тече­ние дли­тель­но­го вре­ме­ни, «дель­фин­чи­ки» эво­лю­ци­о­ни­ро­ва­ли в широ­ких гра­ни­цах. Пер­вые слит­ки, отно­си­мые к этой кате­го­рии арте­фак­тов, име­ют вес 103 и более грамм31. Позд­нее появ­ля­ют­ся более лег­кие слит­ки (это в основ­ном еди­нич­ные наход­ки), вес кото­рых колеб­лет­ся в широ­ких гра­ни­цах 14.95—28.23 гр., и, оче­вид­но, еще позд­нее их вес уста­нав­ли­ва­ет­ся в пре­де­лах 3.5—5.0 гр. Древ­ней­шие изде­лия име­ют доволь­но гру­бые дета­ли, но со вре­ме­нем их рельеф ста­но­вит­ся гораздо тонь­ше. В тече­ние пер­вых 150 лет их функ­ци­о­ни­ро­ва­ния эти слит­ки выпус­ка­лись неболь­ши­ми сери­я­ми (на сего­дняш­ний день извест­но все­го несколь­ко десят­ков ран­них экзем­пля­ров). К IV в. до н. э. отно­сят­ся наи­бо­лее мас­со­вые серии (чис­ло извест­ных слит­ков это­го рода уже пере­ва­ли­ло за пол­то­ры тыся­чи), основ­ная часть кото­рых име­ет рельеф толь­ко с одной сто­ро­ны. Дру­гая сто­ро­на остав­ле­на ров­ной и на ней часто появ­ля­ет­ся оттиск с име­нем монет­но­го маги­ст­ра­та оль­вий­ско­го поли­са. К сожа­ле­нию, мы не рас­по­ла­га­ем весо­вы­ми харак­те­ри­сти­ка­ми доста­точ­но­го чис­ла слит­ков, чтобы мож­но было сде­лать аргу­мен­ти­ро­ван­ные выво­ды о нали­чии или, наобо­рот, отсут­ст­вии весо­вых стан­дар­тов. Име­ю­щи­е­ся дан­ные поз­во­ля­ют гово­рить лишь о суще­ст­вен­ном сни­же­нии веса позд­них эмис­сий, кото­рый в кон­це пери­о­да их исполь­зо­ва­ния уста­нав­ли­ва­ет­ся око­ло 1.0—1.5 грамм.

До кон­ца про­шло­го века иссле­до­ва­те­ли счи­та­ли, что эти день­ги обслу­жи­ва­ли пре­иму­ще­ст­вен­но Оль­вию и ее окру­гу. Сведе­ния кол­лек­ци­о­не­ров и неко­то­рых бол­гар­ских и румын­ских кол­лег (к сожа­ле­нию, неопуб­ли­ко­ван­ные) пока­зы­ва­ют, что в эпо­ху элли­низ­ма аре­ал их рас­про­стра­не­ния гораздо шире. Их коли­че­ство, одна­ко, пока не дает осно­ва­ния заклю­чить, что они име­ли ощу­ти­мый удель­ный вес в тор­го­вых опе­ра­ци­ях к югу от Дуная. В то же вре­мя наход­ки прак­ти­че­ски син­хрон­ных монет-стре­лок и «дель­фин­чи­ков» на ост­ро­ве Бере­зань, в рай­оне Ист­рии и в окрест­но­стях Одес­со­са дают нам осно­ва­ние счи­тать, что для мест­ных потре­би­те­лей они были извест­ны и употреб­ля­лись как день­ги, невзи­рая на раз­ни­цу форм и веса.

Инте­рес пред­став­ля­ет гипо­те­за, что обе эти фор­мы немо­нет­ных денег — моне­ты-стрел­ки и дель­фин­чи­ки — выпус­ка­лись в роли «хра­мо­вых» денег основ­ны­ми свя­ти­ли­ща­ми Апол­ло­на по север­ным и с.172 запад­ным бере­гам Чер­но­го моря. В насто­я­щее вре­мя труд­но при­ве­сти аргу­мен­ты «за» или «про­тив» для наи­бо­лее ран­них серий. Появ­ле­ние на слит­ках в V в. до н. э. эмблем, ско­пи­ро­ван­ных с монет мест­ных поли­сов и еще позд­нее — имен монет­ных маги­ст­ра­тов, одна­ко, ука­зы­ва­ет на то, что адми­ни­ст­ра­тив­ная власть гре­че­ских горо­дов-государств к тому вре­ме­ни уже взя­ла на себя кон­троль за их выпус­ком.

Необ­хо­ди­мо отме­тить, что кро­ме немо­нет­ных денег опи­сан­ных форм, в Север­ном и Запад­ном При­чер­но­мо­рье обра­ща­лись и дру­гие. Наи­бо­лее пол­но изу­че­ны «рыб­ки» Кер­ки­ни­ти­ды32. По линей­ным раз­ме­рам и весу лег­ко про­сле­жи­ва­ет­ся их сход­ство с «дель­фин­чи­ка­ми». Основ­ная мас­са «рыбок» дей­ст­ви­тель­но най­де­на в рай­оне Кер­ки­ни­ти­ды, одна­ко отдель­ные экзем­пля­ры извест­ны дале­ко за ее пре­де­ла­ми, даже на терри­то­рии Бол­га­рии (рис. 7).

В послед­ние деся­ти­ле­тия ста­ли извест­ны и дру­гие фор­мы метал­ли­че­ских пред­ме­тов, кото­рые объ­еди­ня­ют мор­фо­ло­ги­че­ские при­зна­ки наи­бо­лее рас­про­стра­нен­ных тра­ди­ци­он­ных немо­нет­ных денег. Хотя дис­кус­сии о каж­дом кон­крет­ном арте­фак­те, оче­вид­но, будут длить­ся еще дол­го, мож­но попы­тать­ся сде­лать неко­то­рые обоб­ще­ния.

Оче­вид­но, к кон­цу пери­о­да функ­ци­о­ни­ро­ва­ния немо­нет­ных денег в При­чер­но­мо­рье отно­сят­ся неко­то­рые наход­ки, кото­рые отчет­ли­во ука­зы­ва­ют на попыт­ки мест­ных куп­цов и вла­стей упо­рядо­чить их сто­и­мость и соот­но­ше­ние. Здесь в первую оче­редь нуж­но упо­мя­нуть о слит­ках с ком­би­ни­ро­ван­ны­ми изо­бра­же­ни­я­ми33, напри­мер, слит­ках с изо­бра­же­ни­я­ми стре­лы и рыбы по обе­им сто­ро­нам. К тому же раз­ряду отно­сит­ся серия гирек из брон­зы, на поверх­но­сти кото­рых есть изо­бра­же­ния одной или двух форм немо­нет­ных денег34. Эта кате­го­рия памят­ни­ков одно­знач­но дока­зы­ва­ет, что послед­ние име­ли сто­и­мость, рав­ную сто­и­мо­сти метал­ла, из кото­ро­го они были изготов­ле­ны. Сле­до­ва­тель­но, они функ­ци­о­ни­ро­ва­ли в рам­ках тор­го­вых опе­ра­ций, кото­рые сохра­ня­ли прин­ци­пы нату­раль­но­го обме­на. Это обсто­я­тель­ство кажет­ся стран­ным лишь на пер­вый взгляд. Мы часто забы­ва­ем, что даже в совре­мен­ном обще­стве так назы­вае­мые бар­тер­ные согла­ше­ния, в сущ­но­сти, осу­ществля­ют­ся без денеж­ных транс­фе­ров. В то же вре­мя их удель­ный вес весь­ма высок. Суще­ст­во­ва­ние подоб­ных отно­ше­ний в антич­но­сти тоже дока­за­но огром­ным чис­лом эпи­гра­фи­че­ских памят­ни­ков и нарра­тив­ных источ­ни­ков.

Обы­чай исполь­зо­ва­ния немо­нет­ных денег в реги­оне ока­зал ощу­ти­мое вли­я­ние и на выпуск соб­ст­вен­но монет из брон­зы на началь­ных эта­пах35. Как извест­но, гре­че­ские поли­сы по бере­гам Чер­но­го моря с.173 при­сту­пи­ли к выпус­ку монет­ных эмис­сий доволь­но рано. Харак­тер­но, что пер­вые выпус­ки брон­зо­вых монет (в отли­чие от син­хрон­ных сереб­ря­ных) в Оль­вии, Ист­рии и дру­гих горо­дах реги­о­на про­из­во­ди­лись не путем чекан­ки, а литьем, как и немо­нет­ные день­ги. Почти в то же вре­мя неко­то­рые пле­мен­ные вожди древ­ней Фра­кии так­же нача­ли выпус­кать соб­ст­вен­ные брон­зо­вые моне­ты, при­чем чека­нен­ные36. Про­стран­ст­вен­ный ана­лиз нахо­док раз­ных типов немо­нет­ных денег поз­во­ля­ет сде­лать ряд наблюде­ний, кото­рые име­ют прин­ци­пи­аль­ную зна­чи­мость. Оче­вид­но, в кон­це брон­зо­во­го века тор­го­вые кон­так­ты Фра­кии со сре­ди­зем­но­мор­ски­ми цен­тра­ми были весь­ма интен­сив­ны. При­чем в ходе их реа­ли­за­ции употреб­ля­лись метал­ли­че­ские слит­ки, играв­шие роль денег. Они, оче­вид­но, были, с одной сто­ро­ны, сырьем для изготов­ле­ния пред­ме­тов, а с дру­гой, име­ли и абстракт­ную сто­и­мость. Ее вели­чи­на, одна­ко, не гаран­ти­ро­ва­лась власт­ны­ми цен­тра­ми и поэто­му была «пла­ваю­щей», то есть коле­ба­лась в соот­вет­ст­вии с кон­крет­ной рыноч­ной кон­фи­гу­ра­ци­ей. В силу это­го сооб­ра­же­ния мож­но пред­по­ло­жить, что в основ­ном тор­гов­ля велась на прин­ци­пе бар­тер­ных сде­лок, без абсо­лют­ных оце­нок сто­и­мо­сти това­ров.

Веро­ят­но, в нача­ле ран­не­же­лез­но­го века эти кон­так­ты сокра­ти­лись в объ­е­ме или реа­ли­зо­вы­ва­лись при помо­щи дру­гих денеж­ных средств (напри­мер, соль или шерсть), о кото­рых мы не можем полу­чить адек­ват­ной инфор­ма­ции. В то же вре­мя интен­си­фи­ци­ро­ва­лись тор­го­вые опе­ра­ции в гра­ни­цах соб­ст­вен­но Фра­кии (судя по наход­кам — и в части Ски­фии). Они в зна­чи­тель­ной сте­пе­ни были реа­ли­зо­ва­ны с помо­щью метал­ли­че­ских немо­нет­ных денег, но прин­ци­пы обме­на това­ра­ми сохра­ни­лись. Рас­про­стра­не­ние метал­ли­че­ских денег раз­ной фор­мы и веса дает воз­мож­ность пред­по­ло­жить фор­ми­ро­ва­ние мест­ных регио­наль­ных рын­ков, кото­рые функ­ци­о­ни­ро­ва­ли парал­лель­но с меж­ду­на­род­ным обме­ном. При­ме­ча­тель­но, что немо­нет­ные день­ги из брон­зы рас­про­стра­не­ны, как пра­ви­ло, на терри­то­ри­ях, где не было руд­ных место­рож­де­ний. Даль­ней­ший ана­лиз нахо­док, несо­мнен­но, поз­во­лит зна­чи­тель­но уточ­нить гра­ни­цы и хро­но­ло­гию раз­ви­тия эко­но­ми­ки реги­о­нов. В свою оче­редь, эта инфор­ма­ция даст нам воз­мож­ность гораздо точ­нее опре­де­лить сте­пень пря­мо­го вли­я­ния гре­че­ских поли­сов на хозяй­ство окрест­ных пле­мен в VII—IV вв. до н. э. и спе­ци­фи­че­ские фор­мы их вза­и­мо­дей­ст­вия.

Чув­ст­ви­тель­ный тол­чок полу­чи­ло исполь­зо­ва­ние немо­нет­ных денег с нача­лом гре­че­ской коло­ни­за­ции. За несколь­ко деся­ти­ле­тий моне­ты-стрел­ки пре­вра­ти­лись в гос­под­ст­ву­ю­щую фор­му денеж­ных зна­ков на весь­ма обшир­ной терри­то­рии (рис. 8). Судя по име­ю­щим­ся дан­ным, парал­лель­но с ними в мест­ной тор­гов­ле употреб­ля­лись мел­кие слит­ки раз­ной фор­мы. Хотя доступ­ных мате­ри­а­лов пока явно недо­ста­точ­но, уже мож­но наме­тить обла­сти наи­бо­лее интен­сив­но­го рас­про­стра­не­ния неко­то­рых из них (рис. 9). Даже после появ­ле­ния в реги­оне клас­си­че­ских монет, име­ю­щих государ­ст­вен­ный штем­пель, гаран­ти­ро­вав­ший их абстракт­ную сто­и­мость, немо­нет­ные день­ги про­дол­жа­ли обслу­жи­вать с.174 боль­шой объ­ем внут­рен­ней тор­гов­ли. Попыт­ки при­дать им сто­и­мость, ана­ло­гич­ную моне­там, были сде­ла­ны доволь­но позд­но — веро­ят­но, око­ло середи­ны IV в. до н. э. Их пре­вра­ще­ние в каче­ст­вен­но дру­гой тип денег, одна­ко, не состо­я­лось из-за чисто праг­ма­ти­че­ско­го пре­вос­ход­ства фор­мы моне­ты, гораздо более удоб­ной для выпол­не­ния функ­ций сред­ства пла­те­жа на рын­ках. Поэто­му бук­валь­но в счи­та­ные годы во вто­рой поло­вине сто­ле­тия они прак­ти­че­ски исчез­ли из обра­ще­ния. Несмот­ря на это, тра­ди­ция исполь­зо­ва­ния метал­ли­че­ских пред­ме­тов в роли немо­нет­ных денег сохра­ни­лась и может быть чет­ко про­сле­же­на в исто­рии эко­но­ми­ки антич­но­го мира.

Ba­la­ba­nov P. Non-Coins Forms of Mo­ney in Thra­ce and Scy­thia

In the LBA trea­su­res of me­tal pie­ces be­gan to ap­pear in the ter­ri­to­ries on the Wes­tern and Nor­thern coasts of the Black sea. In the scho­lar­ly pub­li­ca­tions, the term “pre-coins” is used to de­no­te this kind of mo­ney. It is in­cor­rect by ma­ny rea­sons. It is stric­ter to use the term “non-coins” to descri­be the me­tal in­gots in dif­fe­rent forms used as mo­ney.

So­me authors re­marks, that in the EIA own do­mes­tic forms of bron­ze mo­ney ari­se in Thra­ce. The most sig­ni­fi­cant mo­ney of this ca­te­go­ry is the bron­ze in­gots in form of ar­row point. So­me of them were mar­ked with fi­gu­re and let­ters, iden­ti­cal of ones used in the coi­na­ge of Apol­lo­nia and others Greek po­li­sies on the Wes­tern coast of Black sea.

Ano­ther form of non-coins mo­ney, do the in­gots re­semble sty­li­zed dol­phins. They are pro­du­ced by the po­lis of Ol­bia between the end of VI and the middle of IV c. BC. The re­cent years ma­de known the finds of it in lar­ge ter­ri­to­ry inclu­de Eas­tern Ro­ma­nian and Bul­ga­rian lands.

In this area was known al­so the in­got with form of sty­li­zed fish, may be pro­du­ced in Ker­ki­ni­ties, and so­me in­gots with com­po­si­te forms. It was pub­lis­hed so­me pie­ces with re­lie­ves of last three form, per­haps used li­ke exa­gia.

The ob­ser­va­tions on the non-mo­ne­ta­ry form of mo­ney gi­ve us su­re that they were used in first pla­ce in the Greek ci­ties, but in the sa­me ti­me in lands of do­mes­tic tri­bes li­ke sour­ce of rea­li­zed the small tra­de ope­ra­tions in VII—V c. BC. This fact sug­gests clo­se si­mi­la­ri­ty of the eco­no­mic de­ve­lop­ment of the Greek, Thra­cians and Scy­thians du­ring Clas­si­cal and ear­ly Hel­le­nis­tic ti­mes.


с.175

Рис. 1. Наход­ки брон­зо­вых слит­ков в фор­ме зве­ри­ных шкур на терри­то­рии Севе­ро-Запад­но­го Сре­ди­зем­но­мо­рья и на Бал­кан­ском полу­ост­ро­ве.

с.176

Рис. 2а. Фраг­мент сте­но­пи­си из гроб­ни­цы в Егип­те (под­но­ше­ние дани фара­о­ну). Сле­ва виден метал­ли­че­ский сли­ток на пле­че под­но­ся­ще­го.
Рис. 2б: а) сли­ток из архео­ло­ги­че­ско­го музея в Афи­нах; б) сли­ток из Бри­тан­ско­го музея; в) сли­ток весом 8 г из архео­ло­ги­че­ско­го музея в Нико­зии.


с.177

Рис. 3. Брон­зо­вые слит­ки в фор­ме пел­ты, най­ден­ные в Восточ­ной Бол­га­рии. Из кол­лек­ции г-на Ст. Топа­ло­ва.
Рис. 4. Брон­зо­вые слит­ки в фор­ме коло­ко­ла (из част­ной кол­лек­ции).

с.178

Рис. 5. Моне­ты-стрел­ки: а) в фор­ме стрел­ки; б) в фор­ме листа ивы; в) допол­ни­тель­но обре­зан­ные для полу­че­ния точ­но­го веса; г) допол­ни­тель­но мар­ки­ро­ван­ные. Из кол­лек­ции г-на Ст. Топа­ло­ва.
Рис. 6. Брон­зо­вые «дель­фин­чи­ки», най­ден­ные на терри­то­рии совре­мен­ной Восточ­ной Бол­га­рии. Из част­ной кол­лек­ции.
Рис. 7. Слит­ки, оче­вид­но род­ст­вен­ные по функ­ци­ям моне­там-стрел­кам: а, б) в фор­ме рыбы; в) сме­шан­ной фор­мы стре­лы и рыбы.

с.179

Рис. 8. Терри­то­рия рас­про­стра­не­ния монет-стре­лок.

с.180

Рис. 9. Рай­о­ны рас­про­стра­не­ния неко­то­рых форм немо­нет­ных денег в Запад­ном и Севе­ро-Запад­ном При­чер­но­мо­рье, по доступ­ной инфор­ма­ции:  — слит­ки в фор­ме лаб­ри­са;  — слит­ки в фор­ме сер­па;  — «дель­фин­чи­ки» Оль­вии;  — слит­ки в фор­ме коло­коль­чи­ков и пел­ты;  — слит­ки в фор­ме рыбы (из Кер­ки­ни­ти­ды?).

ПРИМЕЧАНИЯ


  • 1Шал­га­но­ва Т. Съкро­ви­ща от брон­зо­ви пред­ме­ти от къс­но­брон­зо­ва­та и ран­но­же­лязна­та епо­ха в Бъл­га­рия // МИФ. 2000. № 6. С. 22—26.
  • 2Budd P., Pol­lard A. M., Scai­fe B., Tho­mas R. G. Oxi­de in­got Re­cyc­ling and the Me­di­ter­ra­nean Tra­de // JMA. 1995. No. 8. P. 1—15.
  • 3Lichar­dus J., Echt R., Iliev I., Chris­tov Ch. J. Die Spätbron­ze­zeit an der un­te­ren Tundža und die os­tä­gäischen Ver­bin­dun­gen in süd­ostbul­ga­rien // Eura­sia An­ti­qua. 2002. T. 8. S. 135—184.
  • 4Карайотов И. Крит­ски меден слитък от село Чер­ко­во, Бур­гас­ки окръг // Нумиз­ма­ти­ка. 1978. № 1—2. С. 12—16.
  • 5Еги­пет­ска тър­гов­ска мар­ка от Плов­див // Нумиз­ма­ти­ка и сфра­ги­сти­ка. 1995/97. С. 140—155.
  • 6Ale­xandrov St. The ear­liest My­ce­nian pot­te­ry im­ports in Bul­ga­ria // The Cul­tu­re of Thra­cians and their Neighbors. BAR. IS. 1350. 2005. P. 47—50.
  • 7Гълъ­бов И. Миной­ская над­пись, най­ден­ная в Бур­га­се (Бол­га­рия) // ВДИ. 1956. № 3. С. 253—255.
  • 8Чер­ных Е. Гор­ное дело и метал­лур­гия в древ­ней­шей Бол­га­рии. София, 1976; Lichar­dus J., Echt R., Iliev I., Chris­tov Ch. J. Die Spätbron­ze­zeit…
  • 9Нови дан­ни за тър­го­ви­я­та по Чер­но­мор­ското край­бре­жие през XVI—XIV в. до н. е. // Веко­ве. 1973. № 3. С. 17—24.
  • 10Пеев П. Метал­ни слитъ­ци от аква­то­ри­я­та на Мас­лен нос // ИНМВ. 2004. С. 47—51.
  • 11Топа­лов С. Апо­ло­ния Пон­ти­ка. При­но­си към про­уч­ване моне­то­се­че­не­то на гра­да. София, 2007. Т. 1.
  • 12Гера­си­мов Т. Съкро­ви­ще от двой­ни бра­двич­ки от с. Калу­ге­ро­во, Паза­рджиш­ко // ИАИ. 1955. № XX. С. 594—595.
  • 13Тодо­ри­е­ва Б. Колек­тив­на наход­ка от чети­ри брон­зо­ви двой­ни бра­дви-лаб­ри­си от Русен­ско // Ана­ли. 2001. № 9. С. 3—6.
  • 14Топа­лов С. Апо­ло­ния Пон­ти­ка…
  • 15Бала­ба­нов П. Домо­нет­ни фор­ми в Тра­кия и Ски­тия // Нумиз­ма­ти­ка, сфра­ги­сти­ка и епи­гра­фи­ка. 2006. Т. 3. Ч. 1. С. 13—33.
  • 16Манов М. Нов тип домо­нет­ни фор­ми от бъл­гар­ски­те земи // Архео­ло­гия. 1998. № 3—4. С. 70—82.
  • 17Топа­лов С. Апо­ло­ния Пон­ти­ка…
  • 18Stojič M. Prä­mo­ne­ta­re Zah­lungsmit­te­laus­dem Mo­ra­va-Ge­bit und Ostser­bien // AB. 2006. No. 1. P. 15—25.
  • 19Топа­лов С. Апо­ло­ния Пон­ти­ка…
  • 20Топа­лов С. Апо­ло­ния Пон­ти­ка…
  • 21Ba­la­ba­nov P. Recher­ches nou­veaux sur le tre­sor des mon­nais points des fle­ches d’Athia // Thra­cia Pon­ti­ca. 1979. T. I. P. 40—47.
  • 22Пол­ную биб­лио­гра­фию см.: Топа­лов С. Апо­ло­ния Пон­ти­ка…
  • 23Ост­ро­вер­хов А. Обра­бот­ка цвет­ных метал­лов на антич­ных посе­ле­ни­ях // Архео­логія. 1981. № 36. С. 28—37; Сме­ка­ло­ва Т. Состав спла­ва монет Оль­вии доэл­ли­ни­сти­че­ско­го пери­о­да и хро­но­ло­гия их выпус­ков // Нумиз­ма­ти­че­ский сбор­ник ГИМ. М., 2001. Ч. XV; Оль­гов­ский М. Ски­фо-антич­ная метал­ло­об­ра­бот­ка арха­и­че­ско­го вре­ме­ни. Київ, 2005.
  • 24Poe­na­ru-Bor­dea Ch., Obrlän­der-Tir­no­vea­nu E. Contri­bu­tions à l’etu­de des mon­naies-points des fle­ches à la lu­mié­re des tre­sors de Juri­lov­ka // Ac­tes du II Congrés In­ter­na­tio­nal de thra­co­lo­gie. Bu­ca­rest, 1980.
  • 25Aries­cu A. Te­zau­rul de sem­ne de schimb pre­mo­ne­ta­re de la Eni­sa­la // SCN. 1974. T. IV. P. 3—17.
  • 26Ba­la­ba­nov P. Recher­ches nou­veaux…
  • 27Топа­лов С. Апо­ло­ния Пон­ти­ка…
  • 28Stojič M. Op. cit.; Пиво­ро­вич В. Древ­ней­шие денеж­ные зна­ки Север­но­го При­чер­но­мо­рья // Лето­пись При­чер­но­мо­рья. Хер­сон, 2000. № 4 (www.my­ci­ty.kher­son.ua/jour­nal/li­to­pis4/d-de­neg.html); Пиво­ро­вич В. Новые наход­ки древ­ней­ших денеж­ных зна­ков на о. Бере­зань // Лето­пись При­чер­но­мо­рья. Хер­сон, 2001. № 5 (www.my­ci­ty.kher­son.ua/jour­nal/li­to­pis5/d-de­neg.html).
  • 29Рубан В. В. О хро­но­ло­ги­че­ском соот­но­ше­нии литых стре­ло- и дель­фи­но­об­раз­ных брон­зо­вых монет на терри­то­рии Ниж­не­го Побу­жья // Нумиз­ма­ти­ка антич­но­го При­чер­но­мо­рья. Киев, 1982. С. 15—20.
  • 30Карыш­ков­ский П. О. Моне­ты Оль­вии. Киев, 1988; Ста­ни­слав­ский И. М. Антич­ные моне­ты Север­но­го При­чер­но­мо­рья. М., 2003.
  • 31Заги­най­ло А. Г. Литые моне­ты из Нико­ния (к вопро­су об эко­но­ми­че­ских свя­зях горо­да в VI—IV вв. до н. э.) // Севе­ро-Запад­ное При­чер­но­мо­рье — кон­такт­ная зона древ­них куль­тур. Киев, 1991. С. 52—61.
  • 32Кутай­сов В. А. Моне­ты Кер­ки­ни­ти­ды V в. до н. э. // ВДИ. 1991. № 1. С. 77—94.
  • 33Топа­лов С. Апо­ло­ния Пон­ти­ка…; Пиво­ро­вич В. Указ. соч.
  • 34Гра­ков Б. Н. Еще раз о моне­тах-стрел­ках // ВДИ. 1971. № 3. С. 185—187; Пиво­ро­вич В. Указ. соч.
  • 35Топа­лов С. Въз­ни­кване на брон­зо­вото моне­то­се­чене, номи­на­ли, наиме­но­ва­ния на номи­на­ли­те и тео­ре­тич­ни тег­ла на брон­зо­ви­те моне­ти на запад­но­пон­тий­ски­те гра­до­ве IV—I в. пр. н. е. // Месам­брия Пон­ти­ка. При­но­си към про­уч­ване на моне­то­се­че­не­то на гра­да V—I в. пр. н. е. София, 1995.
  • 36Злат­ков­ская Т. Д. Ран­ние моне­ты южно­фра­кий­ских пле­мен // НЭ. 1968. Т. VII. С. 48—61; Топа­лов С. Въз­ни­кване на брон­зо­вото моне­то­се­чене…
  • ИСТОРИЯ ДРЕВНЕГО РИМА
    1407695018 1407695020 1407695021 1472562160 1472564209 1472634353